Раздел имущества в Москве

С цифрами не поспоришь… Статистика — дама холодная и беспощадная. Только за первое полугодие 2024 года в Москве зарегистрировали 35,4 тысячи браков и 23,6 тысячи разводов: около семи разводов на каждые десять браков. По стране картина ещё жёстче — порядка восьми на десять. Для обывателя это повод задуматься, а для делового человека — подготовиться.

По опыту ЦКС, конечная стоимость услуги отнюдь не равна сумме гонорара юриста и государственной пошлины. Ценой, которую приходится заплатить участникам спора за имущество, может стать потеря всех активов, включая бизнес.
Это случай из практики ЦКС о том, как классический развод и раздел имущества в Москве превратились в жёсткий корпоративный конфликт, а личные обиды и ревность едва не похоронили доходное предприятие.

В производственную компанию ООО «Стеллаж-Мастер» и арендное предприятие АО «Пром-Аренда» (обе зарегистрированы в Москве) супруги вкладывали силы уже почти тридцать лет. Игорь Петрович — инженер по образованию, выпускник Бауманки, — пахал не покладая рук, дневал и ночевал на работе, решал технические проблемы и занимался развитием производства, порой в ущерб личным интересам и семье. Елена Николаевна — экономист из Плехановской академии, — на старте бизнеса окончила курсы бухгалтерского учёта, полностью взяла на себя бухгалтерию и управляла всеми финансовыми потоками. Параллельно она растила двух дочек-погодок, совмещая заботу о детях с составлением квартальных балансов.

Позже, когда бизнес вырос, супруги удачно приобрели площади бывшего советского завода в Печатниках. Цеха реконструировали под крупный логистический центр и сдали в долгосрочную аренду транспортной компании. Вокруг двух юрлиц к тому времени наросли ИП, оформленные на родню: через них шла часть закупок и часть расчётов. В нулевых так строили многие, и проблемой это никто не считал. Финансовое положение стабилизировалось, дочки выросли, и у Елены Николаевны наконец появилось время на себя — она вместе с новым партнёром открыла собственную студию красоты.

На этом фоне личные отношения между супругами охладели и разладились. Игорь Петрович начал ревновать жену к её более молодому партнёру по студии, подозревая неделовые отношения. Из-за взаимных оскорблений вспыхнул сильнейший скандал. Когда дело дошло до развода, Елена Николаевна из-за глубокой обиды наотрез отказалась общаться с мужем и доверила все полномочия адвокатам, которых порекомендовал тот самый партнёр по студии красоты. Юристы по разделу имущества, специализирующиеся на выбивании долгов и гринмейлинге, рьяно взялись за дело.

Глядя на этот аттракцион невиданной щедрости, Игорь Петрович послал адвокатов супруги в далёкое пешее эротическое путешествие. И началось. Заявления полетели веером во все инстанции. Шантажисты обвиняли директора во всех смертных грехах: в уклонении от уплаты налогов организацией в особо крупном размере — с наличным оборотом мимо учёта и расчётами через те самые родственные ИП (ст. 199 УК РФ), в мошенничестве при реконструкции логистического центра (ст. 159 УК РФ).
Полный текст статей — на consultant.ru

При этом первый адвокат Игоря Петровича вёл себя непрофессионально: пропускал доследственные мероприятия, не всегда сопровождал доверителя на «беседы», пропадал на несколько дней. Игоря Петровича терзали «смутные сомнения» насчёт квалификации его адвоката и заинтересованности в разрешении его дела. Постепенно сомнения переросли в уверенность: адвокат по разделу имущества банально не силён ни в экономических статьях УК РФ, ни в вопросах защиты бизнеса.

Так как реальной фактуры у шантажистов не было, силовики раз за разом отказывали в возбуждении уголовных дел. Тогда адвокаты пришли к Елене Николаевне с требованием «необходимо заинтересовать силовиков, иначе дело не выгорит" — и забрали у неё внушительную сумму на «продвижение», большая часть (если не вся) которой, разумеется, осела в карманах самих посредников. Пошла вторая волна вызовов и изнурительных допросов.

Это психологическое и административное давление продолжалось почти год. В декабре Игорю Петровичу сообщили: из-за поданных заявлений и ООО, и АО поставлены в план выездных налоговых проверок на второй квартал следующего года.
Бизнесмен понимал: когда налоговым органам критически важно выполнять план по доначислениям, проверка может обернуться потерей большей части активов. Было очевидно, что его адвокат по разводам ничем не сможет помочь в споре с ФНС — это совершенно другая специализация. По рекомендации коллег по бизнесу Игорь Петрович обратился в Центр разрешения Корпоративных Споров.

На первой встрече он сказал прямо: не всё так чисто в «Датском королевстве». Наличка, родственные ИП, реконструкция, оформленная как придётся, — тридцать лет живого производства, а не витрина для проверяющих. И впервые за весь год он считал не гонорар адвоката, а совсем другую цифру: во что обойдётся выездная проверка, если зайти в неё как есть. Выходило, что стоимость раздела имущества и стоимость потери обоих предприятий — это одно и то же число.

В ЦКС под задачу Игоря Петровича собрали команду, которой у одного семейного адвоката быть не может: корпоративные юристы, адвокаты по экономическим преступлениям, налоговые аудиторы и переговорщики. Так в Москве и выглядит настоящая помощь адвоката по разделу имущества, когда на кону не квартира, а действующее производство. Действовать нужно было оперативно.